О.Шаповалова – В последней части?
А.Караманов – Да, в последней части. Это все впечатляет, как рождение той религии еще тогда, христианской религии. Но это не исполняется опять. О чем я буду говорить, сколько я буду говорить…

О.Ш. – Алемдар Сабитович, очень многое происходит, слава Богу. Прозвучало это, совершилось, раз начало положено, значит,  будет обязательно продолжение.

А.К. – Да, дай Бог. Видите, сколько требует моя музыка. Она требует всего, требует человека, который живет праведной жизнью, любит и слушает музыку, в которой нет ни начала, ни конца – бездна. Для чего это – не знаю.

О.Ш.-  Вы воображаете себе такого идеального слушателя, который праведен и

А.К. – Да, конечно, он ничем не связан, живи себе, люби себе,  но эта музыка, я действительно ищу этого слушателя и не нахожу пока что. Я не вижу, для кого я написал ее. Но раз Бог мне заказал, значит, Он знал, для чего это делается.

Вот придут молодые ребята, которые сейчас играют, которым что-то нужно. Я, когда входил в музыкальный мир, в училище, я слышал – вдруг зазвучал Второй, Третий концерт Рахманинова, я был потрясен этой музыкой.

Любовь возникала и горела как светильник от этого Третьего концерта. Так это западало в душу. У меня вот соната первая, там конечно есть влияние, но опять самобытность есть, самобытность своего подхода.

Я шел этим путем, но кому это нужно! Это никому не нужно сейчас. Вот я не понимаю, куда и для чего моя музыка написана. Поэтому она и лежит, потому что люди  занимаются совсем другим делом.

Чем занимаются – набить карман, это да, поехать на взморье отдыхать, дача, а об Америке и говорить нечего – это полный фетишизм, погибельный, это фетиш, которому они кланяются со страшной силой.

Нет комментариев

Оставить комментарий